Реферат основание мариуполя

Магистерская работа

«…В некотором царстве, В некотором государстве, Не высоко, не низко, не далеко, не близко, Основан был город… ». Эти слова из сказки очень точно описывают то множество гипотез, вариантов и даже легенд об основании города Мариуполя. Датами основания города выдвигаются 1780, 1779, 1778 1734, 1504 годы, ХІІ век и даже …V век до н.э. Поэтому этот рассказ должен быть не только интересным, но и весьма занимательным.

Для начала давайте обратимся к одному из самых признанных источников информации в интернете – это Wikipedia. Итак

«Что скажет история?» — «История, сэр, солжет, как всегда» — Джордж Бернард Шоу.

«Мариуполь — город на юго-востоке Украины на берегу Азовского моря в устье рек Кальмиус и Кальчик.

Мариуполь основан в 1778 г., когда был заложен уездный город Павловск, которому в 1779 г. присвоено наименование Мариуполь. В 1780 г. в Мариуполе и в его окрестностях поселили выведенных в 1778 г. из Крымского ханства христиан-греков.

Хотя официальной датой основания города считается 1778 год, многие историки и краеведы считают эту дату неверной…».[1] И вот тут следует остановиться. Хорошо видна неоднозначность определения: «Официальная дата считается «такой-то», но МНОГИЕ историки считают ее неверной…».

«Впрочем, вся история всего-навсего сговор. Главное, чтобы всех обмануть. Они и сговорились, что именно эту, а не другую ложь будут преподавать в школе» — Януш Леон Вишневский. «Одиночество в Сети».

Среди всего количества информации, которую можно найти в интернете по этому вопросу, чаще встречаются следующие версии основания города:

  • Греческая;
  • Государственная;
  • Бродническая;

Казацкая. , Греческая версия

Как научная гипотеза, греческая версия основания Мариуполя имеет право на существование, хотя и не лишена изъянов. Многие краеведы (в том числе Л.Яруцкий), подчеркивают, что митрополит Игнатий начал служить в церкви, оставшейся от казаков, кроме того, греки вселились в уже существующие 55 домов.

государственной

Бродническая версия

Колонизация славянами Северного Приазовья совпала по времени с оседанием на земли обитавших там болгар, хазар и аланов.

В первый период славянской колонизации население Северного Приазовья представляло собой конгломерат племен. Однако под влиянием славян, стоявших в экономическом и общественном развитии на порядок выше аборигенов, остальные племена в течение 9-11 веков настолько ославянились, что превратились в этническую общность, получившую название бродников, которых стали даже называть русскими, как это сделал, например, византийский писатель Никита Акоминат, написавший в своем «Слове»: «… и те бродники, презирающие смерть, ветвь русских».

16 стр., 7890 слов

Основание города Уфы

... города. Происхождение слова «Уфа» до сих пор остается невыясненным. ... крепость». Почти одновременно поселение стало называться Уфа. В том же столетии это название утвердилось за городом. Рассказ об истории основания Уфы будет неполным, если не остановиться на названии ...

Здесь необходимо четко обозначить, что представляет собой термин «бродники». Известный русский филолог и славист И. Срезневский в труде «Материалы для словаря древнерусского языка», изданном в 1893 году, свидетельствует, что слово «бродник» происходит от имени существительного «брод», а не от глагола «бродить». Следовательно, бродниками называли тех, кто жил у бродов и переправ и контролировал их.

Территория, на которой жили бродники, была обширной и тянулась от низовья Дона вдоль всего северного побережья Азовского моря, и была известна не только в княжествах Киевской Руси, но и в Западной Европе. Об этом говорят венгерские документы, использованные П. Голубовским в работе «Печенеги, торки и половцы до нашествия татар». В этих документах, в частности, шла речь о направлении в начале 12 века католических миссионеров в «страну Броднию», которая находилась «в непосредственной близости от Азовского моря».

Сами же бродники представляли собой социальную общность, исповедавшую христианство, сохранившую с древнеславянских времен вечевые порядки. С военной точки зрения бродники представляли собой внушительную военную силу. Это подтверждают и Ипатевская и Воскресенская летописи. В них есть сообщение о том, что в 1147 году бродники помогли черноголовскому князю Святославу Олеговичу в борьбе за великокняжеский престол с киевским князем Изяславом Мстиславовичем.

Военная сила нужна была бродникам и для защиты своих пределов от набегов кочевников, вероятность которых была реальной. Хотя, судя по длительности существования самой вольницы, отношения с половцами чаще всего являлись добрососедскими, а иногда и союзническими. Ведь в тех же летописях говорится, что на помощь Святославу бродники пришли в союзе с половцами.

Военная сила нужна была бродникам и для морских походов за добычей. Так, В. Мавродин в работе «Русское мореходство, на южных…» подчеркивает, между прочим, что «последними походами перед тем, как татары отрезали Русь от устьев ее рек и морских побережий были походы именно русской вольницы. Заметим здесь, что В. Мавродин был не последним из историков, безоговорочно утверждавших, что бродники являются военно-промысловой и торговой вольницей. И эта вольница вполне могла соперничать с генуэзскими купцами в торговле зерном, рыбой, рыбным клеем, мехами и другими продуктами своих промыслов. Ведь не зря же они помещали тогда на своих картах «Русские порты» в устье Кальмиуса.

Наличие этих портов, а также выгодное военно-стратегическое и экономическое положение древнего города определяли его значение, как одного из ведущих опорных пунктов вольницы. И, вероятнее всего, он являлся резиденцией предводителей бродников. В частности, имя одного из них – воеводы Плоскини – донесли до нашего времени Лаврентьевская и Новгородская летописи. Они повествуют о том, что в битве на Калке в 1223 году бродники выступили на стороне монголо-татар, а Плоскиня, как бы усугубляя вину всей вольницы, нарушил крестное целование князю Мстиславу Киевскому, клятвенно обещавшему от имени Джебе и Субудея, что монголо-татары дадут ему возможность живыми возвратиться в Киев. Фактически же князь и его дружина, как только покинули укрепленный лагерь, были преданы смерти.

34 стр., 16607 слов

Отделение флотации флотационной фабрики производительностью 2 млн. т/год

... полного использования, которых другими методами обогащения без применения флотации решить практически невозможно. Сам процесс флотации основан на различии в удельных свободных поверхностных энергиях минералов, что ... он применяется в составе сплавов, например латуни. 1. Обоснование схемы флотации В задании на проектирование указано, что исходная руда состоит из халькопирита, малахита, азурита, ...

В пользу того, что Плоскиня мог жить в Адомахе (Адамах (с древневр. “глина”, “влажная красная земля”) древнее городище на месте нынешнего Мариуполя, согласно этой версии), говорит то, что от устья Кальмиуса до места злосчастной битвы было, как говорится, рукой подать. Во-вторых, сам факт выступления против своих единоверцев – славян и нарушение крестного целования станет понятным, если исходить из возникшей тогда перед воеводой Плоскиней дилеммы: или принять ультиматум Джебе и Субедея и сдаться на милость победителей, стать данником и принять участие в сражении на их стороне, или биться без малейшей надежды на победу, зная заранее, что город и вся Бродня будут преданы огню и мечу, а жители — мучительной смерти.

Такую дилемму Плоскиня, даже будучи воеводой, решить сам не мог. Это могло сделать только своеобразное вече вольницы. И оно выбрало первое. О том, что бродники стали данниками монголо-татар, свидетельствует письмо венгерского короля Белы lV папе Иннокентию, написанное в 1254 году, в котором он сообщает, что татары «заставили платить дань Русь, Куманию, Бродников, Булгарию», то есть Киевскую Русь, половцев, бродников и волжских булгар. В связи с этим можно с достаточным уровнем уверенности предположить, что город бродников в устье Кальмиуса мог существовать после 1223 года многие и многие десятилетия. Ведь монголо-татары сохраняли поселения бродников, обслуживавших переправы и плативших установленную дань. В частности, о том, что в северном Приазовье, ставшем частицей Дикого Поля, встречались русские селения, писали и Плано Карпини в «Истории монголов» после завершения дипломатической миссии в Монголию в 1245-1247 годах, и Вилем Рубрук в «Путешествии в Восточные страны», которые он совершил с такой же дипломатической миссией в Центральную Монголию в 1253-1255 годах.

Однако, к сожалению, из того, что они написали, ничто не говорит о судьбе, постигшей «страну Броднию и город бродников Адомаху». То ли они медленно угасли в результате не прекращавшихся стычек с кочевавшими улусами татар, то ли перестали существовать в 1380 году, когда с востока по Северному Приазовью прошла орда потомка Чингисхана Тохтамыша, чтобы в битве скрестить мечи с ратью хана Мамая, собиравшего там после поражения на Куликовском поле силы для нового похода на Москву. А может быть и Адомаху, и все поселения бродников смели с лица земли в семидесятые годы 15 века полчища османских турок, как это они сделали с татарским поселением Качибей, венецианской Таной и татарским Азаком в устье Дона, основав на месте Азака знаменитую крепость Азов.

Как бы там ни было, но конец жизни Адомахи и последней «Броднии» не означал конца жизни их жителей. Спасаясь от гибели, они ушли в приморские степи. Об этом пишет в работе «Русское мореплавание» историк Ю. Тушин: «На Диком поле… продолжало жить, хотя и сильно поредевшее русское население. Это были охотники, рыболовы, скотоводы, так называемые бродники». Ушедшие в степи бродники и стали предшественниками и донского, и запорожского казачества.

Версия о бродниках — «прародителях» запорожского и донского казачества, еще не «обкатана», однако ее автор сейчас неустанно работает над ее развитием.

Самое интересное то, что все четыре версии подкрепляются соответствующими документами и материалами, хотя казацкая имеет их больше и убедительнее.[3]

4 стр., 1815 слов

Основание города Тара

... Западной Сибири солью. Первым храмом Тары стала Успенская церковь, построенная в год основания города (1594 г.). А первой и самой почитаемой иконой - образ Тихвинской Божией ... 263 двора казаков, стрельцов, пашенных крестьян, 400 человек мужского населения. Город Тара - самое первое русское поселение на территории современной Омской области. В отличие от многих ...

Казацкая версия

Доводы по поводу именно казацкой версии основания города очень хорошо обосновал Н. Руденко. Ниже приведены вырезки из статьи «Кем и когда основан Мариуполь? Поиски исторических корней города»:

Прежде, чем вести разговор о научно обоснованном возрасте нашего города, следует рассмотреть несколько общих аспектов градообразования.

В этом аспекте следует рассмотреть научную трактовку как обобщающего термина «населенный пункт», так и названий всех существовавших селитебных единиц.

Итак, населенным пунктом считается «населенное место (поселение), первичная единица расселения людей в пределах одного застроенного участка. Обязательным его признаком является постоянство использования его как места обитания из года в год (хотя бы сезонно).

Заимка – «поселение вдали от освоенных территорий». Называлось по имени первого занявшего то или иное место, обычно в тайге.

Починок (от слов «почин», «починать») – «небольшой новый поселок».

Погост – «первоначально центр сельской общины, а после – крупное селение с церковью и кладбищем. Лишь с XVIII столетия погостом стали называть отдельно стоящую церковь рядом с жилыми домами для клира и кладбищем, а позже – сельское кладбище».

Выселок – сельское поселение, куда все жители которого переселились из другого населенного пункта».

Зимовник – «укрепленный казачий хутор в Украине и юге России».

Хутор – «небольшое селение в Украине и юге России».

Острог – «с конца XVI – начала XVII века деревянное укрепление в Сибири».

Крепость – «укрепленный пункт (город), подготовленный к круговой обороне и длительной борьбе в условиях осады. До конца XIX века – укрепление на небольшой площади, окруженной крепостной оградой. Появились в древности».

Город – (в историческом значении термина) – «населенное место, огороженное и укрепленное стеной, крепость».

Деревня – «небольшое сельское поселение».

Село – «крупное крестьянское поселение с церковью или помещичьей усадьбой. У украинцев и белорусов – вообще селение, равнозначно деревне».

Поселок – «населенный пункт в СССР. Чаще городского типа».

Город – «населенный пункт, достигший определенной людности (критерий которой различен, обычно не менее 2…5 тысяч жителей) и выполняющий преимущественно промышленные, транспортные, торговые, культурные и административно-политические функции». Они чаще всего вырастают из более мелких населенных пунктов. Многие города, а точнее, их подавляющее большинство, выросло из мелких населенных пунктов, названных выше.

Теперь систематизируем по времени упоминания в исторической литературе о населенных пунктах в устье Кальмиуса.

Хронология предыстории и начального периода истории города IX…X века:

Салтово-маяцкое поселение Адомах в устье Кальмиуса, обнаруженное археологами во время строительства завода «Азовсталь».

Материалы Мариупольского краеведческого музея.

«Список памятников археологии Украины». Донецкая обл. – Киев, 1988.

8 стр., 3754 слов

История основания города Красноярска

... опустошительные набеги на русские поселения. Поход Ермака в Сибирь в 1581-1582 гг положил начало присоединению ... бассейна Енисея и Ангары, оказался крестным отцом Красноярска. Он первым поставил перед правительством вопрос ... знало, что в слабо населенных сибирских городах такого количества служилых людей набрать не ... 13 декабря 1626 года был издан «государев указ» о посылке 400 казаков с Дубенским во ...

Руденко Н. Сквозь тьму тысячелетий. – Мариуполь, 2000. стр. 44…47.

XII…XIII век

«… Русские порты в устье Кальмиуса».

Мавродин В. Русское судоходство на южных морях с древнейших времен и до XVI века включительно. – Симферополь, 1959.

«… Эти порты на древних генуэзских картах были гаванями «древнего города Адомахи».

Руденко Н. Сквозь тьму тысячелетий. – Мариуполь, 2000, с. 48.

Существование «древнего города Адомахи» не подвергали сомнению составители «Описания городов и уездов Азовской губернии» (1782 г.), А. Скальковский («Хронологическое обозрение Новороссийского края». 1836 г.), Энциклопедический словарь издания Брокгауза – Ефрона, Г. Тимошевский («Мариуполь и его окрестности», 1892 г.), Д.И. Яворницкий («История запорожских казаков». 1892 г.), «Українська Радянська енциклопедія» т. 5 (1961 г.), «Радянська енциклопедія історії України» (1970 г.), «Історія міст і сіл УРСР. Донецька область» (1971 г.), А. Лисянский «Конец Дикого поля» (1973 г.).

Не отрицает его существования и Р. Саенко («Из истории основания города Мариуполя». 2002 г.).

1500 год

Казаки (потомки бывших бродников – см. стр. 49…54 «Сквозь тьму тысячелетий» о бродниках – Н.Р.) еще до объединения в Запорожскую Сечь построили в устье Кальмиуса зимовник Домаха.

Чорногор А. До історії заснування м. Жданова. // Український історичний журнал. – 1971. №4.

Лаврів П. Історія Південно-Східної України. – Київ, 1996.

XVI век. Первая треть

«У самого устья Кальмиуса … в XVI веке возникло запорожское городище Домаха.»

Лисянский А. Конец Дикого поля. – Донецк, 1973.

1584 год

Донские казаки ходили на татар под Кальмиус. Примечание: Запорожские казаки еще не осуществляли акций против татар по соглашению с царским правительством.

Лисянский А. Конец Дикого поля. – Донецк, 1973.

Архивы времен царя Федора Иоанновича.

1593 год

Татары имели в устье Кальмиуса «город Кальмиус».

Фоменко В. К топонимике Приазовья. // Донбасс. – 1964. – №6 (цитирует документ царя Федора Иоанновича).

XVII век. Начало

На правом берегу устья реки Кальмиус у запорожцев была крепость Кальмиус.

Грушевский Д. Жданов. – Донецк, 1971.

Кальмиусский сторожевой пост на рубеже XVI – XVII веков. Вариант реконструкции мариупольского художника В.А. Остапенко.

1660 год

«На усть той речки Кальмиуса был бой большой между татарами и стрелецким отрядом Изосимы Маслова».

Акты Московского государства императорской академии под редакцией Д.Я. Самоквасова. т.3. Разрядный приказ Московский стол 1660…64. – Санкт-Петербург, 1901.

Фрагмент диорамы «Крепость Домаха-Кальмиус», XVII-XVIII века. (Донецкий областной краеведческий музей).</p>
<p>Фото автора.

1694 год

Кошевой атаман Иван Шарпило в начале осени ходил под «город Паланку» вместе с отрядом малороссийских казаков».

Яворницкий Д. История запорожских казаков. – Санкт-Петербург, 1892.

Примечание: единственной паланкой (крепостью) в Северном Приазовье была старожитная Кальмиусская.

1734 год

Запорожские казаки строят в устье Кальмиуса новое укрепление. Рядом возникает поселение.

Голобуцкий В. Запорожское казачество. – Киев, 1957.

Полонська-Василенко Н. Історія України. Т. 1. – Київ, 1992.

Яворницкий Д. История запорожских казаков. Т. 3. – Санкт-Петербург, 1892.

Саенко Р. Из истории основания города Мариуполя. – Мариуполь, 2002.

Исходя из приведенной хронологической таблицы, мы могли бы начать исчисление возраста города:

  • а) на основании данных археологических раскопок 1928…1931 гг. с IX века, поскольку поселение салтово-маяцкой культуры в устье Кальмиуса было населенным пунктом в полном смысле этого термина;
  • б) со времен существование древнего города Адомахи (до 1223 года, то есть до нашествия монголо-татар);
  • в) со времени построения казачьего зимовника в 1500 г. (зимовник – тоже населенный пункт);
  • г) со времени возникновения запорожского городища в первой трети XVI века;
  • д) со времени первого упоминания в исторических документах, то есть с 1584 или 1593 гг.;
  • е) или с 1611 года, как предполагал мариупольский историк Д.Н.

Грушевский.

Однако относить начало биографии города к какой-либо из указанных выше дат, кроме 1734 года, было бы слишком смелым и вряд ли корректным, поскольку не найдены достаточные документальные данные, которые бы доказали, что нет больших временных пробелов в населенности устья Кальмиуса. А наследовать пример артемовских краеведов, историков и отцов города, необоснованно увеличивших подлинный возраст Артемовска более чем на 100 лет (Донбасс. – 1991. – №6. – с. 189…191), было бы, по крайней мере, непорядочным.

Был ли Кальмиус городом в XVIII веке?

Ответ на поставленный в заголовок вопрос может быть только положительным. Обоснований тому есть немало.

Обоснование первое, Обоснование второе, Обоснование третье

Во-первых , отсюда велось укомплектование промежуточных станций на путях из Кальмиуса в Кош и, в пределах паланки, на пути из Коша на Дон.

Во-вторых , эта власть выражалась в обеспечении охраны тракта крепость Петровская – крепость святого Дмитрия Ростовского в пределах Кальмиусской паланки, о чем пишет Р. Саенко в работе «Из истории основания города Мариуполя» (стр. 6).

В-третьих , она выражалась в содержании почтовых станций над Белосарайским лиманом и на переправе через Кальчик, на которые следовало ежедневно направлять по 8 ямщиков с лошадьми (там же, стр. 6).

В-четвертых , она выражалась в обеспечении гарнизона продовольствием. Об этом говорит то, что 17 ноября 1768 года кальмиусский полковник Сидор Чалый рапортовал Кошу о выдаче отпускных свидетельств казакам его паланки «на три недели в Бахмут, а также в Черкасское за покупкою хлеба и соли», поскольку «ватага с Малой России, хотя и была, да без всякого навозу, только один порожняк… через что здешнего ведения казакам немалая в харчах нужность состоит» (ЦГИА Украины, ф. КЗС, д. 226, л. 52).

В-пятых , чисто административной, фискальной функцией Кальмиуса, как центра одноименной паланки, было взыскание в соответствии с установленным Кошем порядком обязательных пошлин со всех приезжавших и отъезжавших купцов, чумаков за переправы, за сопровождение их в пути и т.д. Находившаяся в Кальмиусе старшина взыскивала также акцизный сбор с «шинкующих казаков» за торговлю спиртными напитками на всей территории паланки, о чем свидетельствует ордер Коша Запорожского полковнику Кальмиусской паланки от 29 августа 1767 года, в котором говорится «…от каждой шинковой будки по 2 р. 50 коп., а от будки-ледовни и льоху (то есть будки-ледника и погреба – Н.Р.) по 5 рублей взыскать и те деньги з оным войсковым довбышем Головком при рапорте за реестром в Кош послать» (ЦГИА Украины, ф. КЗС, д. 231, л. 1).

Административной функцией полковника и старшины была и выдача специальных разрешений («билетов») на выезд за пределы Кальмиусской паланки и Запорожской Сечи. В этом убеждает рапорт кальмиусского полковника Сидора Чалого от 17 ноября 1768 года, в котором говорится, что «ведения здешней паланки казаки, сидящие зимовниками и базарные шинкари, а горше ежечасно в паланку (т.е. крепость – Н.Р.) приходя, ступают за выдачею билетов ради покупки к неводам делей, ниток, урезов, а всего пуще за хлебом» (ЦГИА Украины, ф. КЗС, д.226, л.52).

В-шестых , Кальмиус был также и торговым центром. Доктор исторических наук профессор Донецкого Национального университета В. Пирко в работе «Материалы архива Коша Новой Запорожской сечи как источник истории Донбасса», опираясь на эти материалы, утверждает, что в Приазовье наибольшими центрами торговли в регионе были Бахмут и Кальмиусская слобода.

Существовала в Кальмиусе и судебная власть. Об одном из фактов осуществления правосудия рассказывал А. Скальковский в «Истории Новой Сечи или последнего Коша Запорожского». За то, что наймит Грицко Капустенко, находясь в нетрезвом состоянии, ранил ножом казака Никиту Тарана, ему на сходке в самой крепости вынесли приговор: «1767 года, августа 8 наказан… уломлением одной ноги».

Наконец, в крепости Кальмиус была и духовная власть, распространявшаяся и на сидевших зимовниками, и на живших рядом в слободе посполитых казаков. Ее осуществляла казачья походная Свято-Николаевская церковь, размещавшаяся в каменном, крытом соломой здании, которая, как писал епископ Феодосий, была «поставлена Запорожским казачеством давно, с незапамятных времен». («Материалы для историко-статистического описания Екатеринославской епархии. Церкви и приходы XVIII столетия». Выпуск 1. Екатеринослав, 1880. стр. 322).

Карта юга Украины. XVIII век, 30-е – середина 70-х годов и печать Кальмиусской паланки, 1760 год. Фотоальбом «Ми з УкраЇни. Козацькі старожитності». (Донецкий областной краеведческий музей).

Таким образом, аргументов для того, чтобы назвать казачий Кальмиус городом, набралось более чем достаточно. К ним следует прибавить, что и по занятиям населения его следовало тоже относить к городам. Ведь кальмиусские казаки занимались рыбным промыслом так же, как занимались соляным промыслом казаки Изюмского полка в городе (крепостце) на Бахмутке. Только в Кальмиусе, кроме добычи рыбы, казаки вели и ее переработку. К тому же там были и сапожники, и портные, и мастера по выделке пушнины, и цирюльники, и тележных дел мастера, обслуживавшие 16 ямщицких экипажей, и представители других ремесел, не говоря уже о владельцах питейных будок и других торговцах.

Городом он был и во времена, когда после ликвидации Запорожской Сечи на ее землях вводилось новое, российское административное деление. Тогда почти вся бывшая Кальмиусская паланка стала Кальмиусским уездом, а Кальмиус – фактически центром уезда. Правда, ненадолго. Как пишет Р. Саенко в работе (стр. 7), Кальмиусский уезд в 1776 году стал именоваться Павловским. И только лишь потому, что, как писал в материалах епископ Феодосий, «губернатор Чертков со времени вступления своего в управление новооткрытою губернией … озабочен был мыслью устроить город Павловск в честь и в память наследника престола Павла Петровича» (вып. 1, стр. 461).

Заметим, что город этот он основал лишь два года спустя (справка: по «Словарю русского языка» основать город – означает начать строительством).

Сделал он это в устье Кальмиуса в день святой Марии Магдалины 21 июля 1778 года, заложив лично Марии-Магдалининскую церковь, отступив лишь немного от существовавшей крепости (см. Феодосий «Материалы…» (вып. 2, стр. 319).

И никто из историков и краеведов не задал вопрос, зачем было губернатору основывать новый населенный пункт Павловск буквально рядом с уже существующим Кальмиусом и Кальмиусской слободой? Прямого ответа на него не было, хотя он лежал на поверхности. Уже через два месяца после закладки церкви, в сентябре 1778 года, появляется составленная канцелярией Черткова «Карта, представляющая Азовскую и Новороссийскую губернии с показанием смежных ко оным земель», на которую, как пишет Р. Саенко (стр. 8), был «нанесен Павловск в географической точке современного Мариуполя».

Спрашивается, ради чего на карту наносился тогда город, которого не было, и который должен был еще строиться? И еще. Ради чего с екатерининских времен (см. описание «Городов и уездов Азовской губернии» 1782 года) стали писать, что город Мариуполь построен «на пепелище древнего города Адомахи», а не на месте казачьей крепости Кальмиус? Да ради того, чтобы стереть из памяти поколений все, что говорило о казачьем Кальмиусе. Ведь Чертков, будучи верным слугой императрицы, строго проводил в жизнь установку Екатерины II на истребление «на будущее время и названия запорожских казаков».

В пользу такого заключения говорит то, что губернатор Чертков ничего больше не сделал для строительства города, кроме закладки церкви, которая так и осталась долгостроем: ее освятили лишь в 1791 году! Это во-первых. Во-вторых, даже после появления указанной карты Павловск в официальных документах как город не значился. В ведомости проводившейся тогда переписи говорилось лишь о Павловской городовой округе (Справка: по «Словарю русского языка» термин «округа» означает прилегающую к чему-либо местность).

В-третьих, в пользу сделанного выше заключения говорит и то, что духовные власти назвали соборной Павловской (то есть главной в городе церковью) именно казачью Свято-Николаевскую, располагавшуюся на территории крепости (см. Феодосий «Материалы…» вып. 1, стр. 461).

Таким образом, можно сделать вывод, что вся затея с основанием «города в честь и память наследника престола» нужна была для того, чтобы переименовать Кальмиус в Павловск. Но она сыграла и положительную роль: населенному пункту в устье Кальмиуса государство официально дало статус города. И если бы греки – переселенцы остались тогда жить на первоначально отведенных для них землях бывшей Самарской паланки, он бы постепенно вырос в крупный и административный, и торговый, а затем и промышленный город Павловск: слишком уж выгодным было его географическое расположение.

Однако судьба Кальмиуса-Павловска сложилась по-иному. 29 сентября 1779 года наместник царицы Г.А. Потемкин подписал ордер №2829 (распоряжение) «об отводе вышедшим из Крыма …грекам земель» на территории бывшей Кальмиусской паланки. В нем не только указывались границы этих земель, но и содержалось предписание грекам будущий город их «именовать Мариуполь». Эта фраза, а также появившаяся 2 октября 1779 года в дополнение к ордеру №2829 карта, на которой в устье Кальмиуса вместо Павловска значился Мариуполь, и ввели в заблуждение официальных историографов. На протяжении двух веков они считали 1779 год годом основания Мариуполя. Но Потемкин в 1779 году лишь предписывал грекам ордером №2829 «город их …построить либо на берегу Азовского моря при устье реки Кальмиуса, или при устье реки Соленой называемой Калецом».

И пока ордер Потемкина №2829 и приложенная к нему «Карта, представляющая часть Азовской губернии Мариупольского уезда, которые определяются вышедшим из Крыма грекам», неспешно двигались на юг в резиденцию азовского губернатора, город в устье Кальмиуса по-прежнему именовался Павловском (Павлоградом).

Об этом свидетельствует цитата из «Материалов…» Феодосия (вып. 1 стр. 461) в которой говорится, что церковные власти 3 декабря 1779 года (то есть 2 месяца спустя после появления указанной выше карты) направили постоянным священником Свято-Николаевской, уже соборной Павловской, церкви протоиерея Романа Кошевского.

И лишь 24 марта 1780 года содержание ордера было обнародовано канцелярией азовского губернатора. Своим распоряжением №1817, продублировав ордер Потемкина, она предписала всем грекам с 1 апреля 1780 года начать переселение на вновь отведенные им земли. Длилось оно несколько месяцев, и 26 июля 1780 года выходцы из крымских городов прибыли в устье Кальмиуса, чтобы начать, как предписывал Потемкин, строить «их город». Строить на давно обжитом месте, поскольку всех, кто жил там, просто-напросто депортировали под надзором пристава в предназначавшийся ранее грекам Мариенполь (по Потемкину – Мариуполь), переименованный затем в Павлоград.

Вот так и появились, кроме 1734-го, еще три даты рождения нашего города – 1778-й, 1779-й и 1780-й годы. Характерно, что приоритет основания постоянного населенного пункта запорожскими казаками не только замалчивался, но и оспаривался в XVIII столетии представителями Российской империи, а затем и представителями греков-переселенцев, чьи претензии на целых два века закрепила историография екатерининских времен.

Вокруг этих четырех дат спорадически возникают дискуссии мариупольских историков и краеведов. В этих дискуссиях сторонники казачьей версии настаивают, что возраст города следует исчислять со времени появления постоянного населенного пункта в устье Кальмиуса, именовавшегося тогда крепостью Кальмиус. Их же оппоненты дружно утверждают, что его надо исчислять с того времени, когда Павловск (Павлоград), а затем и Мариуполь были названы городом.

Насколько ошибочной является такая точка зрения, нетрудно убедиться, даже бегло ознакомившись с историей градообразования на основании следующей прилагаемой таблицы:

Таблица — Сведения о городах Донецкой области

№№ п/п Название города Основан как: Год основания Получил статус города
1. Авдеевка село 1778 1956
2. Амвросиевка пристанционный поселок 1869 1938
3. Артемовск казачья сторожа 1571 1783
4. Волноваха пристанционный поселок 1881 1938
5. Горловка шахтерский поселок 1867 1932
6. Дебальцево пристанционный поселок 1878 1938
7. Дзержинск хутор 1810 1938
8. Доброполье хутор 1859 1953
9. Донецк поселок 1869 1917
10. Дружковка пристанционный поселок 1878 1938
11. Енакиево заводской поселок 1883 1925
12. Константиновка пристанционный поселок 1870 1932
13. Краматорск пристанционный поселок 1868 1932
14. Красноармейск пристанционный поселок 1880 1938
15. Красный Лиман крепость 1667 1938
16. Макеевка казачья слобода 1777 1925
17. Марьинка село 1844 1977
18. Никитовка казачий зимовник (ныне в составе Горловки) нач.XVII в. с 1938 в сост. Горловки
19. Новоазовск казачья станица 1840 1960
20. Селидово село 1782 1956
21. Славянск крепость 1676 1794
22. Снежное заезжий двор 1784 1938
23. Старобешево село 1780 ?
24. Тельманово немецкая колония 1835 1932
25. Торез село 1783 1932
26. Харцизск слобода 1783 1938
27. Шахтерск слияние 3-х поселков 1953 1953
28. Ясиноватая пристанционный поселок 1872 1938

Эта таблица необходима еще и потому, чтобы показать, с какого именно времени начинается история города. Потому, что кое-кто из историков и краеведов настаивает, что история Мариуполя начинается с того времени, когда он получил статус города. А период с 1734 по 1778 год, когда в устье Кальмиуса существовала как населенный пункт казачья крепость, называют предысторией города. Это мнение их ошибочно еще и потому, что употребляют они термин «предыстория» ошибочно. Ведь по отношению к населенному пункту он означает все то, что предшествовало его возникновению и развитию.

Следовательно, возраст города надо исчислять со времени его возникновения как населенного пункта.[4]

Уверен, что любая наука, в том числе и история, должна основываться только на истинных, проверенных фактах. Иначе это будет уже не история, а художественная фантастика. А так как документальных свидетельств для обоснования какой-либо одной из приведенных выше версий недостаточно, то существуют множество и иных версий, гипотез и даже домыслов основания г. Мариуполя.

Хорошо сказал Аристотель: «Платон мне друг, но истина дороже». Дело чести мариупольских краеведов найти документы, подтверждающие дату основания города. Но для этого потребуется большая кропотливая работа в архивах Запорожья, Днепропетровска, Киева, Москвы, Санкт-Петербурга, а возможно, Варшавы, Стамбула и других городов. И, конечно, здесь не обойтись без помощи городских властей и меценатов, для которых дорога истинная история Мариуполя…[6]